← Radzievsky Art Room (войти в комнату)Музыкальная журналистика
← Все интервью

Текст · Видео · Фото ·

Ларри Кориелл

Стиль рождается в голове музыканта

От Прокофьева и Шостаковича до джаз-рока и оперы по «Войне и миру».

Виктор Радзиевский беседует с Ларри Кориеллом
Виктор Радзиевский и Ларри Кориелл

Видеозапись беседы

Открыть запись на YouTube ↗

Текст беседы

В. Р. — Виктор Радзиевский. Л. К. — Ларри Кориелл.

В. Р. Здравствуйте! Меня зовут Виктор Радзиевский, я заместитель директора радио 1JAZZ.RU. Невероятно, но сегодня я беседую с Ларри Кориеллом!

Л. К. Здравствуйте, Виктор, спасибо!

В. Р. По моей информации, завтра Вы планируете посетить джазовый фестиваль «Jazz Province» в Курске. Я бы хотел узнать о Ваших впечатлениях последних двух дней — я имею в виду выступления в Большом зале Филармонии в Минске, а также клубе Алексея Козлова. Остались ли Вы довольны аудиторией и организацией концертов?

Л. К. Да, очень доволен! Впечатления о Минске фантастические и о вчерашнем выступлении здесь в Москве могу сказать то же самое.

В. Р. А как Вам зрители?

Л. К. Они любят музыку. Реакция на музыку была очень живой, я был очень рад этому.

В. Р. В чем Вы видите разницу между российской аудиторией и зрителями, например, из Канады, США, других стран?

Л. К. Люди очень похожи. Я недавно завершил выступления в Канаде, в Торонто. Зрители принимали нас с большим энтузиазмом. Так же, как в Минске и Москве.

В. Р. Русские и белорусские зрители очень похожи. Вчера Вы сказали мне, что Вам нравятся произведения Сергея Прокофьева…

Л. К. Безусловно!

В. Р. Почему именно Прокофьев и что Вы можете сказать о других российских музыкантах и композиторах? Кто из них является лидером Вашего личного рейтинга?

Л. К. Я не думаю о том, кто первый, второй или третий. Для меня здесь нет единственного лидера. Но я люблю Прокофьева: его музыка по звучанию очень близка к джазу.

В. Р. Интересно.

Л. К. Шостакович также великолепен. Я сегодня слушал Шостаковича в исполнении Ленинградского симфонического оркестра. Это был марш. Большой марш был частью произведения и это было очень интересно. Это была музыка из кинофильма «Овод». Исключительная музыка. Мне очень понравилось то, что она совершенно не похожа на западноевропейскую. Она свежая, ни на что не похожая.

В. Р. Свежая, но тем не менее она следует в традиции русской классической школы.

Л. К. Это отличная традиция.

В. Р. Я имею в виду традицию Чайковского, Рахманинова. А когда у нас говорят о джазе и классике, часто вспоминают Шостаковича. Он написал джазовую сюиту ещё в советское время.

Л. К. Я этого не знал.

В. Р. Да, для своего времени это был необычный опыт.

Современный джаз и фьюжн

В. Р. Ларри, помогите мне разобраться в теоретическом вопросе. Чем современный джаз отличается от фьюжна? Иногда говорят, что фьюжн — музыка электрическая, а джаз — акустическая. Вы согласны?

Л. К. Нет. Можно играть фьюжн на акустике, а современный джаз на электронных инструментах. Стиль музыки в действительности рождается в голове музыканта.

В. Р. Хорошо, и в чём же тогда разница между современным джазом и фьюжн? Я не имею в виду бибоп, хард-боп и т. п., я говорю о сегодняшнем современном джазе.

Л. К. По-моему, значительная часть современного джаза близка к бибопу и постбопу. У каждого свои точки отсчёта. Если звучание отсылает меня к другому времени, я не назову его современным. Но можно играть в одном из старых стилей и оставаться современным.

В. Р. Да, тут имеют значение исполнительская техника, свежие идеи…

Л. К. Всё начинается в голове. Если говорить о гармонии, между фьюжном и джазом есть различие. В джазе часто встречается разрешение «два — пять — один». Во фьюжне гармония может быть похожа на него, но устроена иначе. Музыканты меньше опираются на квадрат. Чаще работает модальность или оригинальная гармония. Это напоминает позднего Колтрейна.

В. Р. Да, несомненно. Тут присутствует небольшой парадокс. Мы говорим о музыке фьюжн, а фьюжн зародился в 70-х, не так ли?

Л. К. Верно.

В. Р. Но до этого у нас была, например, босса-нова, а ведь это тоже фьюжн, так как присутствует сплав классических джазовых гармоний и типичных ритмов самбы. Почему это не фьюжн? Это фьюжн!

Л. К. Я не стану возражать. Не надо забывать, что все зависит от музыканта, играющего эту музыку, от джазового исполнителя. Благодаря своему джазовому таланту он может превратить музыку любого стиля в нечто прекрасное. Это именно то, что Стэн Гетц и проделал с босса-новой. Я также люблю босса-нову в исполнении Чарли Бёрда.

В. Р. Безусловно. И его отсылки к Испанской музыке. Это великолепно!

Л. К. Да. Вспомните ранний джаз и St. Louis Blues У. К. Хэнди. В оригинале интерлюдия звучит как румба. Это же латиноамериканская музыка. Вот ещё одна разновидность фьюжна.

В. Р. Так и есть!

Л. К. Периодом расцвета фьюжн в современном представлении, как Вы и сказали, стали 70-е годы.

В. Р. Выходит, это только название было придумано в 70-е…

Л. К. Да. До этого мы называли это «джаз-рок».

В. Р. Да. Потом, появился поп-джаз, представителем которого, в частности, был Джулиан Кэннонболл Эддерли с его «Mercy, Mercy, Mercy»…

Л. К. Это то, что мы называем «соулом». Тут вспоминаются Хорас Сильвер, Кэннонболл Эддерли, Рэй Чарльз… Соул это что-то домашнее, простое, но это тоже джаз.

Музыка как послание

В. Р. Ларри, политическая ситуация между США и Россией на сегодняшний день выглядит повторением Карибского кризиса 1962 года. Как эти процессы влияют на музыкальный мир и мир искусства в целом?

Л. К. Могу говорить только за себя. Я не вкладываю в музыку политических посланий. Большинство моих друзей-музыкантов, уверен, хотели бы дружественных отношений между США и Россией. Возможно, нужно чаще устраивать джазовые концерты. Люди в России приходят на них, потому что любят музыку. На концерте они откладывают политические разногласия и радуются тому, что слышат. А мы рады играть для них. Так мы отодвигаем кризисы в сторону и наслаждаемся моментом.

В. Р. В чем же заключается Ваше музыкальное послание?

Л. К. Музыка сама по себе — послание. Мы играем инструментальную музыку, это звук. Но я был бы счастлив, если бы моя музыка вдохновила кого-то и помогла узнать что-то новое.

В. Р. Некоторые музыкальные эксперты утверждают, что музыка фьюжн несет в себе философию, отвечающую запросам авангарда глобализации. Музыканты фьюжн собираются вместе, привнося в это направление музыки элементы различных культур, этнические мотивы и т. п. Т.е. присутствует определенная философия. Как Вы определяете философию своей музыки?

Л. К. Для меня музыка говорит сама за себя. По большому счету в мире джазовой музыки, в котором я живу вот уже много лет, отсутствуют какие-либо категории. Если у тебя получается смешивать один стиль с другим и это получается органично — замечательно.

В. Р. Ларри, каковы Ваши планы на ближайшие пару лет?

Л. К. Я хотел бы закончить работу над оперой «Война и мир» (War and Peace). Первые выступления запланированы на конец года: в Словении, Хорватии и Словакии. Если получится, я хотел бы привезти её и в Россию.

В. Р. Уже известны даты концертов?

Л. К. По-моему, первый запланирован на 2 или 3 декабря, не помню точно.

В. Р. Уже очень скоро!

Л. К. Да, поэтому после окончания этого тура я полечу в Словению.

В. Р. Теперь все наши зрители и читатели узнают об этом и смогут посетить Ваши концерты даже на Балканах.

Л. К. Отлично!

В. Р. Огромное спасибо! Это был Ларри Кориелл!

Л. К. Спасибо и Вам!

Фотографии

← Все интервью